Архив
Леонид Косаковский: «Всю жизнь я стремился быть независимым и иметь свою позицию»Ирина ТИТОВА"Ведомости"

Лежит у меня на столе папка. Довольно увесистая. Гриф на ней можно было бы поставить банальный - "Отзывы избирателей". По сути - благодарности в адрес Леонида Григорьевича Косаковского, народного депутата Украины, от, скажем так, электората, которому он помог: получить квартиру, прекратить незаконное строительство высотного жилого дома под носом у жильцов по улице Тургеневской, оздоровить бесплатно больных детей на Кубе, добиться правды, когда впритык к четырехэтажному дому по Бехтеревскому переулку собирались пристроить без согласия жильцов лифтовую шахту, и так далее. Всего за время своего депутатства Леонид Григорьевич направил более 700 обращений по защите прав избирателей. А "достать" Косаковского своими просьбами очень просто: каждое утро он идет через парк Ватутина. Там его частенько и поджидают. Кто с просьбами, кто просто поговорить "за жизнь". Да и на прием попасть несложно - не было никому отказа.

Ирина Васильевна, любимая жена Леонида Григорьевича, самый большой его друг, доктор биологических наук, защитила просто-таки знаковую для этой семьи диссертацию — «Влияние стрессов на растения». Вот мы и поинтересовались первым делом: а нет ли тут какой аналогии между миром растительным и жизнью человеческой?

— Я стараюсь в профессиональную деятельность супруги не влезать — не сведущ я там, — смеется Леонид Григорьевич. — Но философия какая-то прослеживается. Там намного проще, там естественные законы. А тут подключается человеческая подлость, что приводит к совершенно другим результатам.

О стрессах и подлости — разговор особый. В свое время строптивый мэр столицы Косаковский, впервые, кстати, избранный на эту должность всенародным голосованием, пережил такой прессинг со стороны властей, что любой другой на его месте просто не выдержал бы. Тогда он сбросил 15 килограммов. И шутил: «Хочешь похудеть — иди в оппозицию». Впрочем, выстоял. «Наверное, помогли принципы, воспитание, поддержка людей», — говорит он. Прежде всего — киевлян. А что говорить о соратниках и бывших коллегах... Были такие, что отвернулись, остались только верные друзья, появились новые. Косаковский вернулся в политику. Теперь уже в качестве народного депутата Украины.

— Леонид Григорьевич, почему вы не оставили политическую деятельность? Оттого, что просто уже нельзя «отлипнуть» от этой политики, раз вкусивши ее, или вами двигало желание доказать себе и другим свою правоту? Или это источник дохода?

— Меня ломали психологически, заставляли уйти с политической арены, создавали вокруг информационный вакуум. В общем, применяли метод выжженной земли. Полгода мне пришлось в разных судах доказывать правомочность своего депутатского мандата, меня не допускали к присяге. Полноправным депутатом я стал только в августе. Делали заманчивые предложения, и не было бы у меня никаких проблем, если бы я тогда их принял.

— А деньги не предлагали? Вот тысяч за 250 долларов откупных уехали бы вы в свою родную Винницу и горя бы не знали.

— Да не беру я. А если предложат, так и по лицу могу ударить. А доверие киевлян вообще цены не имеет. И не продается.

Вот такая черта характера — принципиальность. Которая и вредила иногда. В то время одна из киевских газет писала — Кабинету министров в Киеве приходится брать собственность, как при штурме Берлина. Косаковский настойчиво не желал отдавать ни пяди коммунальной собственности, выступал против строительства ряда зданий, которые бы испортили архитектурную целостность Киева. Откуда же такая любовь уроженца Винницы к Киеву?

— А как же его не любить? Я всегда говорю, что у меня две родины — Винница — место, где я родился и вырос, и Киев, где я с 67-го года и где прошла вся моя жизнь. Почти 35 лет будет летом. Здесь прошло становление как человека, политика, здесь я встретился со своей женой, здесь у нас родился сын. Здесь меня люди избрали сначала в районный, потом в городской совет, потом — мэром. Но не только в этом дело. Киев — это не только город-сад. Это люди, атмосфера. Это живой организм. Есть своя аура, свое лицо, свой особый дух. И этому городу я пытался отвечать взаимностью. Мало кто помнит, каким был Киев в 1993 году. Первым делом я вызвал того, кто отвечал за продуктовое обеспечение города, и услышал: масла осталось на два дня. А три недели до этого не ходили трамваи, троллейбусы и автобусы, электроэнергия подавалась по графику. Замерла культурная жизнь. Театры все были пустые. А через два года это был уже другой город. Мы заложили совершенно новые традиции городской жизни, вернули много утраченного. Вернули интерес к Киеву как к культурной столице — начали проводить конкурсы Владимира Горовица, Сержа Лыфаря. Разработали программу заботы о ветеранах. Начали тогда проводить праздники по районам, потому что Киев — это не только Крещатик. Тогда появился лозунг — что мы единая семья, а Киев — наш родной дом. И каждый о нем должен заботиться, как о своем родном доме. Хотели воссоздать атмосферу взаимного уважения.

У Леонида Григорьевича вот такая тяга к семейственности, как мы поняли, заложена просто в генах. Леонид был правильным ребенком. Но это вовсе не значит, что изредка не шкодил: падал с деревьев, с велосипеда, натыкался на колючую проволоку, в прорубь проваливался, когда в хоккей гонял. Драчуном, правда, не был, но мог за себя постоять. Пытался курить одно время самосад, но мама как-то унюхала и отходила его мокрой тряпкой. Это был единственный раз, когда к нему применили «метод физического воздействия». Семья была интеллигентная. Мама — врач, отец — историк, прошел всю Великую Отечественную до Праги. Домой вернулся инвалидом. Взаимоотношения строились на уважении и понимании. Леонид Григорьевич вспоминает своих дедов, долгие вечерние разговоры с ними. Один собрал замечательную библиотеку, что для сельского жителя в то время было редкостью, и в которой постоянно «пасся» будущий мэр Киева. Другой дед был репрессирован по «наводке» своего очень близкого друга. За то, что все, кто работал с ним на поле, во время обеденного перерыва садились «козла забивать», а дед читал газету. Родители Леонида Григорьевича ныне здравствуют, хотя уже и в преклонных годах. Недавно отметили всей семьей 75-летие матери. А отец, несмотря на свои 82 года, до сих пор желает быть в курсе всех политических дел и собирает в том числе газетные вырезки о своем сыне.

Вот такое трогательное отношение к семейным ценностям и досталось по наследству Леониду Григорьевичу. Женился один раз — и навсегда, уже и серебряную свадьбу отпраздновали. «Когда еще были студентами, моя будущая жена уезжала на практику в Канев. «Комета» отходила в пять часов утра. А я в то время, естественно, обретался в общежитии в районе ВДНХ. Автобусы не ходили, я встал в два часа ночи и шел пешком через весь город, чтобы успеть ее проводить», — вспоминает Леонид Григорьевич. А встречались они на парапете напротив Красного корпуса университета, где собирались все влюбленные студенты, и гуляли часами по городу держась за руки. Мне кажется, они и до сих пор так ходят. Что, согласитесь, большущая редкость в наше время...

О Киеве Леонид Григорьевич может говорить, наверное, сутками. Вспоминать «Пассаж», где в то время бедному студенту можно было подкрепиться стаканом горячего молока с булочкой за 8 копеек, и любимое кафе «Донецк» на бульваре Шевченко, где просиживал вместо занятий за чашечкой кофе, впрочем, и пообедать там можно было спокойно. И разные кулишные, вареничные, в которых стипендия позволяла нехило перекусить (куда, куда все это удалилось?). А потом разговор переходит на глобальные темы. На то, что европейский город — это не только покраска фасадов, а в первую очередь высокий уровень жизни горожан и сохранение старины и архитектурной целостности города. Хотя нужны и пятизвездочные отели, и офисные центры. Но, как говорится, делать надо с умом. «Вспомните историю с Рудольфом Джулиани, мэром Нью-Йорка. У него возник конфликт, когда пытались построить дипломатические сооружения. Он был против и выступил от имени и в интересах горожан. В принципе, людям безразлично, будет новая резиденция у какого-то посла. Для людей важнее иметь работу, зарплату, удобный транспорт. Такую политику и должны проводить избранные ими депутаты. Для этого и поставлена городская власть. И в этих вопросах я был всегда бескомпромиссен», — говорит Леонид Косаковский.

...Интеллигентный, обаятельный, умный, — так говорят все, кому пришлось разговаривать с Леонидом Григорьевичем. И еще — удивительно приятный в общении. И тут же — бескомпромиссный, принципиальный, ответственный. «Знаете ли, я много занимался спортом в свое время — и греблей, и волейболом, и боксом, штангу тягали, в футбол гоняли, даже теннисом увлекался. А вот в легкой атлетике предпочитал бег с препятствиями. Наверное, уже тогда проявилось желание преодолевать барьеры». А еще, наверное, Косаковский упрямый. С того времени, как похудел, не набрал больше ни килограмма. И каждый день отжимается по 55 раз. Поначалу отжимался по годам, каждый раз прибавляя, а потом решил, почему бы не забежать вперед. Сейчас ему 52 года и он полон сил.

Косаковский Леонид Григорьевич. Родился в 1950 г. в Винницкой области. Окончил факультет радиофизики Киевского университета им. Тараса Шевченко, Высшую партийную школу (1989 г.). Работал инженером-конструктором на киевском заводе «Арсенал». С 1988 г. — второй, потом первый секретарь Печерского РК КПУ г. Киева, с 1992 г. — представитель Президента Украины в том же районе, с 1993 г. — представитель Президента Украины в Киеве. 1995—1996 гг. — глава Киевской городской госадминистрации. Избран председателем Киевсовета на всеобщих прямых выборах в 1994 году. Женат. Жена Ирина Васильевна — доктор биологических наук, работает в Институте ботаники НАНУ.